Эти Этюды о Безопасности содержат только результаты моих научных взглядов, исследований, анализов и моделей. Другими словами, они дают изложение моих ОСНОВНЫХ вкладов в Науку о Безопасности.
ЭТЮД 3. МОДЕЛЬ „ТРИ ВОЛНЫ БЕЗОПАСНОСТИ“
Модель „Три волны Безопасности“ представляет собой познавательную времевую модель Безопасности.
Подробному анализу этой Модели посвящена следующая моя монография:
Николай Слатински. Сигурността – същност, смисъл и съдържание. София: Военно издателство, 2011.
[Николай Слатински. Безопасность – сущность, смысл и содержание. София: Военное издательство, 2011]. (на болгарском языке)
Модель „Три волны Безопасности“ исследует эволюцию связей и отношений „защищенность – безопасность – риск“.
В современной Науке о Безопасности ключевой аналитической категорией стал „риск“. В этой так важной и с возрастающем значением науке особое внимание необходимо уделять основным направлениям и ведущим подходам в изучении риска. Значительное место необходимо уделять не только теоретическим, но и практическим проблемам, связанным с управлением рисками в условиях сотрясений и потрясений, неопределенности и нестабильности, но также и огромных новых возможностей и шансов, которых несет с собой Третья волна Безопасности (Волна риска) пришедшая на смену Первой волне Безопасности (Волна защищенности) и Второй волне Безопасности (Волна безопасности).
Согласно Модели „Три волны Безопасности“, отражающей волновую теорию эволюции „защищенность – безопасность – риск“, Наука о Безопасности проходит эволюцию в понимании безопасности, при которой
сначала идет Первая волна безопасности – Волна защищенности,
за ней следует Вторая волна Безопасности – Волна безопасности,
а теперь мы вступаем в Третью волну Безопасности - Волна риска.
Переход от одной Волны к другой Волне имеет не только измерения, связанные с Безопасностью, но и масштабные политические, экономические, социальные, культурные и другие измерения. Речь идет о разнонаправленной и многогранной эволюции социума.
Если Безопасность в Волне защищенности понималась как защищенность (и даже буквально – как без-опасность, т.е. как отсутствие какой либо опасности) – когда речь шла в основном и в главном о СТАТИКЕ, т.е. о СОСТОЯНИИ;
а Безопасность в Волне безопасности понималась как security, как безопасность как таковая (см. подробнее ниже) – когда речь шла в основном и в главном о ГИБРИДЕ между СТАТИКОЙ и ДИНАМИКОЙ, т.е. о СОЧЕТАНИИ СОСТОЯНИЯ и ПРОЦЕССА;
то Безопасность в Волне Риска понимается как риск – здесь реч идет уже в основном и в главном о ДИНАМИКЕ, т.е. о ПРОЦЕССЕ.
Более того, хотя мы говорим об эволюции, на самом деле это революционные процессы, характеризующиеся как СМЕНА ПАРАДИГМЫ, т.е. их можно изучать в концептуальной системе теории научных революций, являющейся результатом исследований американского ученого в области истории и философии науки Томаса Куна.
Томас Кун оспаривает представление о линейном, последовательном накоплении научных знаний и рассматривает развитие науки не как плавный, а как неравномерный, скачкообразный процесс, который схематически можно описать следующим образом:
Старая парадигма (господство нормальной, традиционной науки) Кризис старой парадигмы (столкновение подходов, норм и категорий старой и новой парадигм) Смена парадигмы (научная революция Томаса Куна) Новая парадигма (господство экстраординарной, революционной науки )
Научная революция по Томасу Куну – это СМЕНА ПАРАДИГМЫ. Говоря о ключевой роли парадигм, Томас Кун имеет в виду под этим понятием „некоторые общепринятые примеры фактической практики научных исследований - примеры, которые включают закон, теорию, их практическое примене¬ние и необходимое оборудование, – все в совокупности дают нам модели, из которых возникают конкретные традиции научного исследования“. В течение определеннного периода наука развивается в рамках старой парадигмы. На данном этапе однако старые методы исследования и старые концепции не в состоянии удовлетворительно описать происходящие процессы. Возникли аномалии, которые невозможно объяснить в рамках предыдущей парадигмы, и „нормальная наука сбивается с дороги все время“. „И когда это происходит – то есть когда специалист не может больше избежать аномалий, разрущаюших существующую традицию научной практики, – начинаются нетрадиционные исследования, которые в конце концов приводят всю данную отрасль науки к новой системе предписаний (соmmitmеnts), к новому базису для практики научных исследований“. В этом скачкообразном, качественном переходе (революции) от одной научной парадигмы („нормальной“, внутрипарадигмальной, интрапарадигмальной науки) к другой (революционной, межпарадигмальной, интерпарадигмальной науке) закономерно, что в определенный период подходы, нормы и категории старой и новой парадигм вступают в конфликт. Это этап кризиса, столкновения сторонников старой и новой парадигмы, смены идеи, представлений и восприятий. Конфликт является (даже) более сложным, поскольку речь идет не об установлении набора новых правил и нового символического языка, т.е. норм и понятий, влияющих на отражение происходящего, а об изменениях, затрагивающих мировоззрение, ценности, этическую оптику, ответы на вызовы, логику наших реакций и мотивы нашего поведения [1].
Теперь рассмотрим предложенную нами Модель „Три волны Безопасности“.
В отношении Безопасности и защиты государства (аналогично корпорации), защиты его интересов, стабильности, нормального и эффективного функционирования, также можно говорить о трех волнах, не проводя аналогий с известной теорией американского философа Элвина Тоффлера (1928 – 2016)о трех цивилизационных волнах [2].
ПЕРВАЯ ВОЛНА БЕЗОПАСНОСТИ
Первая волна Безопасности – Волна защищенности. Безопасность понималась как защищенность, как (и буквально) без-опасность, как отсутствие какой-либо опасности. Это был вопрос не только лингвистики, но и способа мышления, способа действия и противодействия, способа построения системы безопасности, способа определения приоритетов этой системы.
Речь шла о СТАТИКЕ, т.е. о СОСТОЯНИИ, о стремлении отстоять максимальный уровень защищенности, т.е. отстоять сохраненную (оптимальную) защищенность. Любая угроза, любая опасность требовали мобилизации сил и средств и считалась чем-то крайне нежелательным, способным вывести систему из состояния равновесия, поэтому к ней подходилось всей имеющейся силой для сохранения статического равновесия системы. Это означало, что все усилия системы (государства, корпорации и т. д.) были направлены на отстаивание защищенности.
Вот почему, подчеркнем снова, в Первой волне Безопасности, в Волне защищенности:
♦ Безопасность – это состояние.
♦ Безопасность отстаивают.
♦ Цель – сохраненная (оптимальная) защищенность.
♦ Стратегия ресурсоориентирована, ориентирована на ресурсы, т.е. она основывается на имеющихся ресурсах и поэтому стремится максимально их приумножить.
Волна Безопасности напрямую связана со статикой, со статичностью. Можно сделать вывод, что в протекающее сравнительно статично и сопровождающееся относительно небольшими переменами время биполярного противостояния Холодной войны (которую американский политолог Майкл Мандельбаум сравнил с поединком двух тяжеловесов, борцов сумо: „Это выглядело бы, словно [борются] два больших жирных парня на ринге, со свойственной процедурой позирования и ритуальным покачиванием на ногах. Практически до конца окончания поединка бойцы мало соприкасаются друг с другом, и только в последний момент проигравший оказывается вытолкнутым за ринг. Но при этом никто не убит“ [3]), естественно было предположить, что функцией этого времени и абсолютизации Безопасности как защищенность (как без-опасность, как отсутствие какой-либо опасности), будет именно Волна защищенности.
В тоже время логично думать и наоборот: что Волна защищенности, восприятие Безопасности как защищенность (как без-опасность, как отсутствие какой-либо опасности) и ориентация на статику, на статичность, максимально благоприятствовало поддержанию и даже самоподдержанию такой статичной геополитической модели, какой являлась биполярная модель.
Где-то было сказано, что биполярные геополитические модели очень устойчивы – до того момента, когда баланс сил между двумя полюсами не нарушается хоть немного. Тогда эти модели быстро распадаются или самовзрываются. Я бы добавил, что этот быстрый распад или самовзрыв происходит не только при нарушении абсолютного баланса сил, но и (а может быть, и главным образом) при резком изменении во внешней и (почему бы нет?) во внутренней среде, во внешних и (почему бы нет?) внутренних условий, в результате чего один из полюсов может стать абсолютно несостоятельным, если он не приспособлен адекватно реагировать на изменения в среде и в условиях. Это как если бы косяк рыб, привыкших к речной (пресноводной) среде, вдруг попадает в морскую (соленую) среду - тогда эти рыбы (или, по крайней мере, большинство из них) быстро переворачиваются брюшками вверх, т.е. они гибнут.
Надо быть осторожными с подобными аналогиями. Они больше относятся к той системе, в которой жила Болгария – к социалистической системе. В гораздо большей степени эта система была ориентирована на статику, к восприятию безопасности как защищенность, как (и буквально) без-опасность, даже абсолютизируя их. Социализм стремился соблюдать баланс с Западом – начиная от ядерных боеголовок, и кончая количеством медалей на Олимпиадах: если СССР выиграл на одну золотую медаль больше, чем США, то это было доказательством преимуществ мира социализма и его неизбежной исторической победой; а если они проигрывали футбольный матч, то игроков обвиняли чуть ли не в предательстве великих коммунистических идеалов. То же самое было и в нашей стране – проигранный матч на чемпионате мира приводил к радикальным решениям высшего партийного и государственного руководства, в том числе к разгромным статьям, приписываемым впоследствии первому партийному и государственному руководителю Тодору Живкову – о пороках и язвах болгарского футбола, с серьезными обвинения в недопустимых нарушениях социалистических норм и морали.
Но в течение очень долгого исторического периода американская стратегическая культура, или, может быть, точнее, американская политическая стратегия, также были ориентированы на статику и защищенность (без-опасность). Этому до 11 сентября 2001 года благоприятствовала защищенность США двумя океанами, что позволяло американцам думать, что руки у того, кто захочет на них посягнуть, коротки. Так формировались общественные установки, трансформирующиеся соответственно во внешнюю политику, что настоящая безопасность на самом деле только максимальная, т.е. настоящая безопасность – это сохраненная безопасность. Именно по этой причине, образно говоря, если в лесу есть медведь (типа Саддама Хусейна), США предпочитают сжечь лес и таким образом навсегда и бесповоротно решить проблему опасного медведя, которого они опасаются: Есть лес – есть медведь, нет леса – нет медведя.
ВТОРАЯ ВОЛНА БЕЗОПАСНОСТИ
Вторая волна Безопасности – Волна безопасности.
Ряд студентов (да и не только они) испытывают определенные трудности – как осмыслить и понять фразу „Вторая волна Безопасности – Волна безопасности“. Давайте проясним:
√ В первом значении этой фразы, Безопасность (с большой буквы „Б“) – это базовая, фундаментальная категория в Науке о Безопасности.
Поэтому в этих Этюдах всякий раз, когда упоминается основная научная категория „Безопасность“ и требуется указать и обозначить это прямо, ясно и явно, мы будем использовать большую букву „Б“ и писать „Безопасность“.
Здесь Безопасность является общим и абстрактным понятием.
√ Во втором значении этой фразы, безопасность (с маленькой буквы „б“) является одним из видов (измерений), одним из проявлений (содержаний) базисной, фундаментальной научной категории „Безопасность“: а именно
Безопасность как безопасность (относительная безопасность),
вместе с
Безопасностью как защищенность (защищенная безопасность)
и с
Безопасностью как риск (трансформационная безопасность).
Поэтому в этих Этюдах всякий раз, когда речь идет об одном конкретном виде Безопасности (и это относительная безопасность), т.е. когда говорится об этом конкретном проявлении базисной, фундаментальной научной категории „Безопасность“ и требуется указать и обозначить это прямо, ясно и явно, мы будем использовать маленькую букву „б“ и писать „безопасность“.
Здесь безопасность является частным и конкретным понятием.
Во Второй волне Безопасности, Безопасность понималась как нечто большее, чем „без-опасность“, чем „отсутствие какой-либо опасности“. И в этом случае даже в още большей степени это был вопрос не только лингвистики, но и способа мышления, способа действия и противодействия, способа построения системы безопасности, способа определения приоритетов этой системы.
Речь шла о ГИБРИДНОМ СОЧЕТАНИИ СТАТИКИ, т.е. СОСТОЯНИЯ, и ДИНАМИКИ, т.е. ПРОЦЕССА; за стремление гарантировать определенный уровень безопасности, т.е. гарантировать относительную (приемлемую) безопасность. Проводились анализ и оценка угроз и опасностей, одни из них принимались как неизбежно существующие, над другими велась работа, разрабатывались стратегии, мобилизовались ресурсы, направленные на максимально возможный контроль над этими угрозами и опасностями, так чтобы гарантировать приемлемый уровень безопасности и сохранить динамическое равновесие системы. Это означало, что все усилия системы (государства, корпорации и т. д.) были направлены на гарантирование безопасности.
Вот почему, подчеркнем снова, во Второй волне Безопасности, в Волне безопасности:
♦ Безопасность – гибридное сочетание состояния и процесса.
♦ Безопасность гарантируют.
♦ Цель – относительная (приемлемая) безопасность.
♦ Стратегия ресурсоориентирована, ориентирована на ресурсы, т.е. она основывается на имеющихся ресурсах и поэтому стремится создать их по принципу разумной достаточности.
Гибридность „состояние-процесс“ (статика-динамика) – это переход (элемент процессности) через разные состояния (элементы состояния). Система гарантирует себе уровень относительной (приемлемой) безопасности до того момента, когда ей необходимо совершить новую приоритизацию целей и ресурсов, и если она развивается в положительном направлении, то может позволить себе более высокий уровень относительной (приемлемой) безопасности, а если развивается в отрицательном направлении, она должна перейти на более низкий уровень относительной (приемлемой) безопасности. Итак, гибридный псевдопроцесс можно понимать как прохождение через определенные (конечные, дискретные, предсставляющие собой ограниченные множества) псевдостатические состояния.
В Второй волне Безопасности, Безопасность мыслилась уже не как без-опасность, как отсутствие какой-либо опасности, а как security, как безопасность (относительная безопасность), иными словами, не как нечто абсолютное или хотя бы максимально обеспеченное, т.е. как было сказано уже несколько раз – как отсутствие какой-либо опасности, а как нечто относительное, достигаемое до некоторого приемлемого уровня и за некоторую приемлемую цену. Другими словами, Безопасность мыслилась в качестве чего-то что гарантируется, а значит на первый план выходит гарантирующий àктор, актер, игрок, фактор, агент.
Из-за вывода о необходимости гарантирующего àктора, а также из-за прохождения через конечное число состояний, т.е. через гибридное сочетание статики и динамики, статичности и процесса, можно сказать, что ориентация системы международной безопасности после падения Берлинской стены на однополярную модель с одной-единственной сверхдержавой, США, естественным образом выдвинула на повестку дня новое понимание Безопасности как security, как безопасность. Таким образом, постепенно осуществлялся переход ко Второй волне Безопасности – к Волне безопасности.
Содержание Безопасности в этой Волне безопасности, и способы обеспечения безопасности на относительном (приемлемом) уровне, а также наличие единственной сверхдержавы США в качестве гарантирующего актора, позволили сравнительно успешно упорядочить новый пазл Безопасности.
Но опять-таки логично думать и наоборот: что Волна безопасности, восприятие Безопасности как security, как безопасность (как относительная безопасность) и ориентация на гибридность статики и динамики, на гибридность статичности и процесса, максимально благоприятствовали поддержанию и даже самоподдерживанию такой гибридной (статика-динамика, статичность-процесс) геополитической модели, какой являлась однополярная модель.
Основная проблема заключалась в том, что однополярная геополитическая модель неустойчива и имеет множество структурных дефектов, она недемократична, исключающая (exclusive) и легко порождает разногласия с ней и попытки дестабилизировать ее или даже разрушить ее как „сверху“ системными факторами (игроками), например (прежде всего) Россия, так и „снизу“ внесистемными факторами (агентами), например (прежде всего) ИГИЛ. В такой модели есть ряд критических уязвимостей, и независимо от того, породила ли однополярная геополитическая волна Волну безопасности или была ее следствием, это снизило ее перспективы на долгую жизнь и необратимо сократила временной горизонт распространения Второй волны Безопасности – Волны безопасности...
США до 11 сентября 2001 г. стремились к „совершенной“ безопасности, т.е. к сохраненной (оптимальной) защищенности. Но европейцы, живущие на гораздо более узком пространстве и с гораздо большим населением, знают только „несовершенную“, т.е. относительную (приемлемую) безопасность, ибо „знают, каково это жить с опасностью, существовать бок о бок со злом, поскольку они делал это веками“ [4]. Поэтому, если в лесу есть медведь, они принимают только такие меры, гарантирующи чтобы медведь не зашел в их деревню. Европейцы говорят себе, что медведь тоже живое существо и имеет право жить в лесу, и кто медведей боится, тот в лес не ходит или определяет для себя, как далеко можно войти в лес; если что то важно – так это чтобы деревне не угрожал медведь. А когда это гарантировано, жизнь продолжается, независимо от того, что в лесу есть медведь.
ТРЕТЬЯ ВОЛНА БЕЗОПАСНОСТИ
Третья волна Безопасности – Волна риска.
Мы долго будем находиться под ее воздействием и, вероятно, привыкнем к ней; она станет другим названием нашего нового „естественного состояния“ и превратится в наши взаимодействующие через обратную связь Бытие и Сознание (когда Бытие воздействует на Сознание, т.е. определяет его, но и Сознание воздействует на Бытие, т.е. определяет его), а две другие Волны покажутся нам лишь прелюдиями, оставшимися далеко в прошлом.
В Волне риска термин „риск“ понимается как процесс или действие, которые могут оказать воздействие на систему (государство, корпорацию и т. д.) с вероятностью и последствиями, которые подлежать определению. Следовательно „риск“ означает реализующееся в условиях неопределенности воздействие на цели системы. В стандартах о риске и в ряде научных публикаций относительно упрощенно принимается, что „риск“ – это влияние неопределенности на цели системы.
Итак, риск в Волне риска – это возможные, обладающие высокой степенью неопределенности процесс или событие, которые могут воздействовать на видение, миссию, стратегию и ресурсы системы. Очевидно, и в наибольшей степени, это тоже вопрос не только лингвистики, но и качественно иной способ мышления, качественно иной способ действия и противодействия, качественно иной способ построения системы безопасности, качественно иной способ определения приоритетов этой системы.
В Волне риска речь идет о процессе, в который вовлечена система. И это процесс со сложной динамикой, подчиненный определенной логике и подлежащий интерпретации через высокую степень абстракции. Процесс, которым необходимо управлять и в соответствии с целями системы необходимо формировать пулы ресурсов, способностей и людей, через которые достичь приемлемого уровня рисков, т.е. минимизированных (допустимых) рисков. В зависимости от характера, частоты возникновения и ущерба, который риск может причинить, в отношении риска следуют четырем главным подходам: риск принимается, риск избегается, риск делится (частично или полностью передается, т.е. передается другим субъектам посредством аутсорсинга, страхования или хеджирование) или риск ограничивается (т.е. на него воздействуют). Это означает, что все усилия системы (государства, корпорации и т. д.) теперь направлены на управление рисками.
Вот почему, подчеркнем снова, во Третьей волне Безопасности, в Волне риска:
♦ Работа с рисками – это процесс.
♦ Рисками управляют (они принимаются, избегаются, делятся, ограничиваются).
♦ Цель - минимизированные (допустимые) риски.
♦ Стратегия является целеориентирована, ориентирована на цели, т.е. она основывается на целях, которые система стремится достичь.
Можно сказать об этом и так – поскольку акцент смещается с защищенности через безопасность к риску, то все больше в государственном (и корпоративном) управлениии (менеджменте) говорится об управлении рисками, а не об отстаивании защищенности и не о гарантировании безопасности.
ТРАНСФОРМАЦИОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ – это безопасность Общества Третьей волны Безопасности – Общества Волны риска, т.е. это безопасность Общества риска (Risk society), Общества рисков.
Базисной категорией в Обществе риска, в Обществе рисков является „Риск“.
Общество Волны риска, Общество риска (Risk society) боится (должно бояться) вызовов и, вероятно, поэтому склонно воспринимать безопасность даже буквально как отсутствие (несуществование) вызовов.
Важно отметить, что когда речь идет об Обществе риска, „риск“ означает собирательное понятие для огромного разнообразия рисков, проявляющихся в Обществе риска; а когда речь идет об Обществе рисков, „риски“ означают все индивидуальные риски в Обществе рисков, т.е. все составные элементы, все возможные конкретизации собирательного понятия „риск“.
Та же логика используется и ниже, когда мы говорим соответственно об Обществе угрозы и Обществе угроз; об Обществе опасности и Обществе опасностей; об Обществе вызова и Обществе вызовов.
Рассуждая аналогично (см. также Этюд 2 на этом сайте), можно сказать, что:
ЗАЩИЩЕННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ - это безопасность Общества Первой волны Безопасности – Общества Волны защищенности, т.е. это безопасность Общества угрозы (Threat society), Общества угроз.
Базисной категорией в Обществе угрозы, в Обществе угроз является „Угроза“.
Общество Волны защищенности, Общество угрозы (Threat society) боялось (должно было бояться) опасностей и, вероятно, поэтому было склонным воспринимать безопасность даже буквально как отсутствие (несуществование) опасностей, как без-опасность.
И рассуждая опять же аналогично (см. снова Этюд 2), можно сказать, что:
ОТНОСИТЕЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ - это безопасность Общества Второй волны Безопасности – Общества Волны безопасности, т.е. это безопасность Общества опасности (Danger Society), Общества опасностей.
Базисной категорией в Обществе опасности, в Обществе Опасностей была „Опасность“
Общество Волны безопасности, Общество опасности (Danger Society) боялось (должно было бояться) рисков и, вероятно, поэтому было склонным воспринимать безопасность даже буквально как отсутствие (несуществование) рисков.
Мы можем задуматься о том какой будет Четвертая волна Безопасности.
Далее в этих Этюдах проанализируем как эту Волну – Волну вызова, так и соответствующее ей общество, Общество Четвертой волны Безопасности – Общество Волны вызова, т.е. Общество вызова (Challenge Society), Общество вызовов.
Базисной категорией в Обществе вызова, в Обществе вызовов будет „Вызов“.
Трансформационная безопасность, как было сказано выше, это безопасность Общества риска, т.е. это безопасность первых десятилетий исполненного столькими рисками и вызовами нового века.
По мере того как мы вступаем в Общество риска, в Общество рисков, человечество стремительно приближается к критическому моменту истины – проявит ли оно коллективный разум встать на новый путь с новым отношеним к нашей маленькой и прекрасной планете Земля, или продолжит жить так, как оно уже не может себе позволить.
В конце этого Этюда резюмируем три Волны Безопасности:
(1) Волна защищенности;
(2) Волна безопасности;
(3) Волна риска.
Использованная литература:
1. Кун, Томас. Структура научных революций. М.: АСТ, 2002, с. 62, 34 – 35, 28 – 29.
2. Тоффлер, Эльвин. Третья волна. М.: АСТ, 2004.
3. Фрийдман, Томас. Лексус и маслиновото дърво. Идеи за глобализацията. С.: Дамян Яков, 2001, с. 37. (на болгарском языке) Перевод приводится по https://liberty-belarus.info/o-kapitalizme/kapitalizm-dlya-lyuboznatelny....
4. Кейгън, Робърт. За рая и силата. Америка и Европа в новия световен ред. С.: Обсидиан, 2003, с. 37. (на болгарском языке)
11.12.2022 г.
Пояснение:
Переводы текстов этих Этюдов сделаны мной. Они не редактировались профессиональным переводчиком, поэтому любые ошибки и неточности в них допущены исключительно по моей вине.
